Образовательный сайт Мушкатовой Марии Сергеевны
Консультации о поступлении
Заочное дистанционное образование с получением государственного диплома Московского государственного индустриального университета (МГИУ) через Internet

 

Реклама:

 

Реклама:



Рассылки Subscribe.Ru
Современное образование
Подписаться письмом

 

 

 

 

Налог поцеловал руку Обрегону и подошел

Тихий, спокойный, полный жалости голос падре Обрегона гулко отдавался в ризнице.
— Твой отец, Налог, один из малых сих, которых возлюбил господь. Не обижай его, относись к нему с любовью.
— Откуда вы знаете? — спросил Налог, повернувшись лицом к священнику.

— Знаю. Подумай о том, что ты не лучше других и что каждый на свой лад исполняет закон господен. Ты это называешь компромиссом, я—состраданием, А теперь ступай, уже поздно. Завтра придешь на настоящую исповедь. Я устал, и час поздний.

Налог поцеловал руку Обрегону и подошел к окну с жалюзи. Только теперь священник смог увидеть Налог во весь рост, разглядел эту стройную фигурку в синих брюках и белой сорочке и заметил, что мальчик двигается с трудом, еле волоча ноги. Подойдя к решетке, Налог ухватился за прутья и стал на колени.
— Я, кажется, заболел, падре...

Только теперь Обрегон увидел на своих руках пятна крови. Неуверенной походкой мальчик шел уже по нефу, и только теперь падре Обрегон все понял, побежал за ним, упал перед ним на колени и воскликнул:
— Молись за меня!
Сидевший в храме на последней скамье дядя Балькарсель наблюдал эту сцену. Когда священник упал на колени, он перестал играть цепочкой часов и хотел было пройти вперед, чтобы напомнить о своем присутствии. Смятение парализовало его.
Налог подошел К главному входу, тут дядя попытался взять его под руку. Мальчик уклонился и пошел впереди Балькарселя по улицам, погруженным в густо-синие сумерки. Зажглись фонари, и от камней подымался терпкий весенний запах.

С той самой ночи, проведенной у Ирапуато, Хуана Мануэля Лоренсо он не видел. Начались весенние каникулы, Налог опять слег, у него был жар, и выздоровление длилось несколько недель. Он читал романы, пил лимонад и терпел долгие посещения доньи Асунсьон. О происшедшем больше не упоминали. Сидя очень прямо, не касаясь спинки стула, тетка вязала.
— Как бежит время!—говорила Асунсьон.— Племянники Паскуалины Барона вчера еще были детьми, а вот уже поступают в институт. А что ты думаешь делать, когда окончишь подготовительный? Хорошо бы тебе заняться правом! Об этом мечтал когда-то твой отец, но Революция помешала ему сделать карьеру.


{SHOW_TEXT}

Он чувствовал на своих плечах тяжелую руку священника Золотые колонны его вздымались до потолка Ты когда-нибудь молился за других Сумеешь ли ты отдать свою любовь другим людям Солнце скрылось, и в ризнице вдруг стало темно Родольфо сознавал, что утратил любовь сына В часы бессонницы было наблюдать восход солнца. У него появилась страсть к портретам родственников Но с уст Родольфо не сходила застывшая улыбка паралитика.   Как далеки... мы, такие, как мы есть, от того, чем могли быть.